Русский шансон
Подписаться на шансон Instagram   
 

Александр Розенбаум: Я свои бабки зарабатываю честно

Пресса

Эстрадных артистов, живущих и работающих преимущественно в Петербурге, не так чтобы много, но с десятка-то два все же наберется. Все они записывают новые песни, появляются в больших и малых концертных залах, в клубах, в телерадиоэфире. Один из них _ автор-исполнитель Александр Розенбаум, артист, точно уж не нуждающийся в особом представлении. Правда, Александр Яковлевич, как видно из бесед с ним, считает, что в Питере всего-то на эстраде четыре человека: Шевчук, Буланова, Боярский, да он сам. Ну, Эдита Станиславовна еще. Вот и все. И при этом-то петербургская пресса стелется перед московскими гастролерами, своих не замечая. А если и заметит какая газетка своего земляка, так уж точно в самом негативном свете. Автор этих строк решил исправить столь неправедную ситуацию и отправился на беседу с Александром Розенбаумом в его офис, располагающийся над рестораном «Bella Leone» на Владимирском проспекте.
— Александр Яковлевич, складывается ощущение, что сейчас во времена всеобщего духовного кризиса многие деятели культуры оказались в растерянности, что ли. Вроде как и в стороне…
— Я, Говорухин, Губенко, Филатов, Михалков, Кобзон и многие другие уважаемые люди имеют свою четкую позицию и защищают ее. И никто из нас не растерялся. Мы свое доброе, вечное как сеяли, так и сеем дальше. Если вы имеете в виду растерянность Апиной, Лемоха, Титомира, группы «Ногу свело» и пр., так вряд ли они растерялись. Им и терять-то нечего. Если, конечно, говорить о какой-то гражданской позиции. Эти люди просто зарабатывают «бабки». Вот и все.
— Да, но «бабки» с таким же успехом зарабатывают и Кобзон и Розенбаум.
— Совершенно верно. Только «бабки» зарабатываются по-разному. У меня «живой» концерт идет три с половиной часа. Я свои «бабки» зарабатываю честно. А эти халявщики-фанерщики за что получают? Я в принципе не против «фанеры». Если артист делает на сцене кульбиты, ноту ему уже не вытянуть. Но напишите на афише: концерт идет под фонограмму. И все будет честно. Кто захочет, тот пойдет. Я вот за такой шоу-бизнес.
— Тема вашего творчества всегда публицистична: патриотизм, боль войны и утрат, родной город… А что сейчас?
— То же самое.
— И не произошло никакого поворота?
— Отчего же, один поворот произошел — я стал старше на 20 лет. Стал, вероятно, мудрее. А какой еще может быть поворот? Моя вечная тема — жизнь во всех ее проявлениях. А это пьяница у пивного ларька, это и хипарье, и члены обкома партии, и ворье и город мой. Все это моя Родина. Об этом и пишу. Об этом и пою. С возрастом, быть может, я стал лиричнее. Больше стало появляться песен о любви. Но я никогда не буду 16-й Патрисией Каас или 38-м Элтоном Джоном. Потому что смысла в этом нет никакого, и желания нет. И более того, не смогу, не сумею.
— Так, вероятно, никто и не просит…
— Знаешь, я всегда был бойцом. И хочешь узнать почему?
— Вероятно, хочу.
— Да потому, чтобы с вами со всеми существовать, просто необходимо быть бойцом. Иначе загнешься.
— Простите, а «с вами со всеми» — это с кем? Кого вы имеете в виду?
— И журналистов в частности. Не будь я бойцом, то мог бы после прочтения лично твоей заметки обо мне попасть на 15-ю линию в клинику неврозов. Затем какой-то лос-анджелесский фраерок, сбежавший из России много лет назад в Америку, в вашей же газете меня опускает. Он живет в Америке. Я живу здесь. И я для этого города столько сделал, столько глоток перегрыз, что никому и не снилось. Так вот, чтобы сносить оскорбление подобных писак, нужно быть бойцом… Обидно то, что при этом не только ваша газета, но и все другие (за исключением Садчикова) не обращаются ко мне ни с одним вопросом. Нет у вас вопросов ко мне? Почему? Я ведь далеко не самый последний человек в этом городе.
— А действительно, Александр Яковлевич, как вы сами полагаете, почему же пресса уделяет вам так мало внимания?
— А я тебя че, звать должен?.. «Заходите к нам на огонек?»… Пророка нет в своем Отечестве. Что имеем — не храним, потерявши — плачем. Более всего мне обидно за 9-майские концерты на Дворцовой площади в 1995 году. 50 лет Победы. Сольный концерт Розенбаума на Дворцовой. Двести тысяч, вдумайтесь только — двести!!! тысяч человек собралось. Ветераны, молодежь. Я видел их глаза. Я видел их слезы. Была удивительная атмосфера. Никто такого количества масла, как я, в этой стране, на сердце ветеранов не льет. Это я вам гарантирую. Да разве это не пища для журналистов? И ни одна газета (кроме «Смены») — ни строчки. А как же жить тогда? А где же правда?.. Знаете, вы можете меня любить, можете ненавидеть — это ваше право. И это ваши личные проблемы. Но вы не имеете права не писать о концерте Розенбаума на Дворцовой площади. Мне плевать, есть ли я в ваших купленных-проданных хит-парадах. Но я есть в сердцах миллионов. И я это твердо знаю. Я получаю тысячи писем. И никуда от этого не деться. Нравится ли вам это или нет. Понятно?
— Понятно…
— Я глотку деру за эту страну, как собака. Я для Питера, для армии нашей сделал столько, сколько газета ваша не сделала и не сделает за время всего своего существования. А ты пишешь, что я владелец заводов, газет, пароходов. Ну и что? Паваротти тоже владеет рестораном, но петь ему это не мешает. А я, между прочим, с этого ресторана («Belle Leone». — В.К.) за 4 года его существования получил максимум 1000 долларов. Деньги сумасшедшие… Или ты хочешь, чтоб я в метро ездил и в рубище ходил? Ты думаешь, кому-то от этого станет легче? Легче кому- то становится от того, что из 100 моих концертов — 50 благотворительных. Я выступаю в колониях, больницах, детских домах. А ты обратил внимание, что у меня какая была раньше рожа, такая и осталась. Не отъел ряху-то в отличие от некоторых.
— Очевидно, столь низкая рентабельность ресторанчика толкает вас на съемку в рекламе?
— Значит так, мое отношение к рекламе следующее. Я рекламирую (и имею право это делать) только то, что соответствует моему внутреннему состоянию. Это хорошая одежда, спортивные товары, дорогая мужская парфюмерия. Я ведь артист. Но вот недавно пришли ко мне с большим контрактом на рекламу водки. Я их послал.
— Куда?
— Очень далеко.
— И все же, Александр Яковлевич, я пришел к вам для того, чтобы предоставить слово. Вы высказались? Вы довольны?
— Хм… С вами выскажешься… Кстати, к вопросу о доходах. У тебя-то, корреспондент, ботиночки тоже не за три копейки. Да и курточка не из простеньких… Честными надо быть. Честными и справедливыми.
Автор этих строк при воспроизведении беседы стремился быть предельно честным. Ну а выводы, дорогой читатель, сделаете сами.
«Санкт-Петербургские Ведомости» № 09(1434) от 17.01.1997. Владимир КУЗНЕЦОВ

Другая информация о:

© 2000-2018 Шансон.Инфо Русский шансон. [18+] Все права соблюдены. Копирование информации запрещено законом.
Разместить рекламу на Шансоне. Михаил Шелег организация концертов, заказ выступлений. Рингтоны Партнеры