Алексей Охрименко ПЕСНИ, НАШЕДШИЕ СВОИХ АВТОРОВ

Спустя два-три года после окончания Великой Отечественной войны в одном из домов в тихом московском переулке стали собираться друзья с еще довоенной поры — Сергей Кристи (1923-1983), Владимир Шрейберг (1924-1975) и Алексей Охрименко.

Однажды Сергей сказал: «Я вчера песню начал писать», прочитал две строфы о незаконнорожденном сыне Л.Н.Толстого и предложил ее продолжить. После небольшого спора песню решили написать, но не о вымышленном незаконнорожденном, а о самом Толстом. (К слову, задуманная как «вагонная» песня, она в определенной мере ею и стала).
Так началось их творческое содружество.

У Володи были фортепиано и аккордеон, Алексей приходил с гитарой. О себе написали так:

«ЕСТЬ В МОСКВЕ ПЕРЕУЛОЧЕК ЧИСТЫЙ,
ДОМИК ДЕСЯТЬ, КВАРТИРОЧКА ДВА,
КОРДЕОНЧИК ТАМ ЕСТЬ ГОЛОСИСТЫЙ,
ПИАНИНО И РАДИВА.
НЕСМОТРЯ НА МОЛЬБЫ И ПРОТЕСТЫ,
СОБИРАЛИСЬ ТАМ ТРОЕ ДРУЗЕЙ,
ИМЕНА ИХ ДОЛЖНЫ БЫТЬ ИЗВЕСТНЫ:
СЕ ВЛАДИМИР, СЕРГЕЙ, АЛЕКСЕЙ.»

Приходили и наши школьные товарищи и приятели, среди них можно назвать студентов МГУ Эрнста Неизвестного и Владлена Бахнова, Виталия Гевиксмана из консерватории, журналиста Аркадия Разгона.
Многие приводили своих друзей и знакомых — послушать необычные песни. Постепенно сложился своеобразный клуб, где не только пели и играли, но и дискутировали на самые различные темы, вплоть до политических.

Вспоминая то время, Алексей всегда думал, что им повезло: окажись в их компании (людей иногда вовсе не знакомых) стукач, дело обернулось бы минимум исключением из институтов, а то могли и припаять лет десять.

Когда они начинали втроем — более 49 лет прошло с тех пор — им невольно приходили на ум аналогии с Козьмой Прутковым.
Как-то Володя увидел вывеску «Ремонт тростей, зонтов и чемоданов» и предложил общий псевдоним — Тростей Зонтов. Они согласились, но вскоре поняли, что в то время, когда шла борьба с космополитизмом и «очернительством» за идейную стерильность, опубликовать свои произведения им было невозможно.
Музыкальная сторона песен была отдана во власть Володи. Он или сам сочинял, или подбирал по раз-меру стихов мотив, или компилировал мелодии. В этом ему иногда помогал Виталий Гевиксман, ставший позднее профессиональным композитором. А в качестве исполнителя обычно приходилось выступать Алексею, поскольку его скромные вокальные данные были чуть выше, чем у его друзей, которые лишь могли ограничиться речитативом. С годами их троица распалась.

У Володи все больше времени занимали занятия во ВГИКе. Сергей уехал в Подмосковье. Алексей тоже учился, а потом, как сказано у Чапека, «пристроился в печать». В 50-е годы их песни получили определенное распространение в среде либеральной московской интеллигенции.

Оригинальную мысль высказал однажды Сергей Петрович Антонов: «Старик, — сказал он Алексею Охрименко, — ты сам не знаешь, что ты поешь. Это песни 21 века.» А Евгений Евтушенко в стихотворении «Мои университеты» пишет:

«БОЛЬШЕ, ЧЕМ У ТОЛСТОГО,
УЧИЛСЯ Я С ДЕТСТВА ТОЛКОВО
У СЛЕПЦОВ, ПО ВАГОНАМ ХРИПЕВШИХ
ПРО ГРАФА ТОЛСТОГО…»

Я имел в своей музыкальной коллекции песни в исполнении Алексея Охрименко в 60-х — 70-х годах. (Фамилии и имени автора, исполнителя, к сожалению, не знал!)
А, песня «Я БЫЛ БАТАЛЬОННЫЙ РАЗВЕДЧИК…» была записана в различных вариантах, с видоизмененным текстом, в нескольких импровизациях. Особенно мне нравилась эта песня в исполнении Жорки-«психа», карманника и вора, проживающего в г.Киеве, по ул.Константиновская,24. (Он больше сидел, чем проживал по названному адресу. Так что — постоянным местом прописки для Жорки была тюрьма! Вспоминаю его в кампании воров, таких же, как он сам; с бритвами, кастетами, заточками… В памяти случай, когда пьяный, с топором гонялся по двору за отцом и матерью… А, как он пел! Как владел гитарой; с таким прекрасным голосом! И, названную песню, он пел лучше самого автора и исполнителя!)

Автор МЕЛАМЕДОВ

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.