Вилли Токарев: Шансон — это песня

РОЛ: В чем, по-вашему, специфика русского шансона, и в чем его отличие от классического французского?

Вилли Токарев: Шансон — это песня. Я думаю, что во Франции есть такие же песни, которые у нас принято называть «блатными». В Америке есть «кантри»-музыка, там тоже можно услышать то, что не поется в обычных песнях. Отличие? Наверное, в мелодическом строении, в подходе к словам — совершенно наш русский менталитет. Работая под таким французским названием «шансон», мы совершенно не думаем о национальной принадлежности. Мы назвали — мы поем. Я пою в семи разных жанрах: не только шансон, но и лирику, патриотическую и гражданскую песню, романсы. В моем репертуаре очень много детских песен. Поэтому не могу утверждать, что я шансонный певец — я слишком долго этому учился, и прошел жизненный путь очень долгий, чтобы отвечать за то, что я делаю.

РОЛ: Насколько автобиографичны ваши песни?

Вилли Токарев: Мои песни носят собирательный характер. Я пишу песни обо мне, о тех, кто вокруг меня, 90% моих песен — из жизни. Иногда одно слово брошено — и песня готова! Может быть, поэтому мои песни, написанные и 20 лет назад, живут до сих пор.

РОЛ: Как вы думаете, почему с течением времени интерес к шансону не пропадет, а среди его слушателей — много молодых людей?

Вилли Токарев: Шансон — это та часть культуры, в которой нельзя лгать! Человек, когда слышит правду, это проникает в его сердце сразу же, и он принимает песню полностью. Сказать, что этот жанр искусства чистый — не могу. Здесь тоже нужен сепаратор. Есть блатные песни, которые учат хорошему, а другие — которые развращают. Я отношу себя к первой категории. Люди находят себя в этих песнях, они слушают их постоянно и благодарны за это.

РОЛ: Насколько было трудно завоевать американскую аудиторию, я не имею в виду русских эмигрантов?

Вилли Токарев: Я не старался завоевывать. Просто они сами поют мои песни на английском языке — для меня эта высшая награда. Безусловно, я не говорил за это «спасибо», но в душе очень благодарен, потому что они нашли в моей музыке нечто созвучное американским интонациям.

РОЛ: Несмотря на такую популярность в нашей стране, вы почему-то были не особенно обласканы все возможными регалиями и званиями, как вы думаете, как так могло случиться?

Вилли Токарев: Эти награды, которые сейчас раздают налево-направо — я не считаю их настоящими. Я выступаю в концертах, где одни заслуженные и народные… Можно быть трижды народным, но на сцене ты не соответствуешь своему званию. Я не понимаю, зачем это. Самое главное — когда тебя награждает народ каждый день, когда ты выступаешь. Вот это — награда!

РОЛ: Чтобы вы хотели пожелать своим слушателям?

Вилли Токарев: Чтобы они и дальше оставались со мной — я их не подведу. Они со мной уже 25 лет! Сейчас выходят два моих новых альбома (23-й и 24-й), написанных уже про нашу русскую действительность. Я надеюсь, что они произведут на моих поклонников такое же впечатление, как и мои первые пластинки из Америки.
Текст и фото: Ева Буш, РОЛ

One thought on “Вилли Токарев: Шансон — это песня

  1. Думает он… Да нет во Франции такого уродства! Есть песни фривольные, есть песни откровенно матные, на те же темы что и русские матные частушки, но уж никак в голову не придёт сегодня прославлять вора, бандита, петь оду братве. Такие темы были популярны в народе лет 250 назад, только назвать это блатными песнями сложно, потому что это больше был протест против королевской власти и надежду на «робин гуда». Да, даже Ив Монтан пел песни о Мандрене, знаменитом контрабандисте XVIII века, но если вдруг какой-нибудь чудик начнёт воспевать современную преступность стадионы он вряд ли собирать будет. Это только совковая черта боготворить отбросы общества.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.