группа Беломорканал — ВЕСНОЙ ОТКИНУЛСЯ

Весной откинулся, с тайги и прямо в город,

Большой, красивый от неоновых огней.

Сирень цвела. Остались в прошлом срок и холод

Почти родных сибирских серых лагерей.

Кругом асфальт и нет не снова бездорожья

На клумбах ранние весенние цветы.

Лишь временами на наколки мои косо

Глядят патрульные бездельники-менты.

Что с меня взять? Я им голимая босота,

Мне сидор старый заменяет чемодан.

Но шевельнуть на жизнь успел я для начала,

Глотнуть шамовки двинул прямо в ресторан.

Белая скатерть под хрустальным барахлишком,

Вилки, отлитые французским серебром.

Но все померкло пред ее походкой легкой,

Она присела за соседним за столом.

Влюбился, кажется, — подумал, Будь я фраер,

Прошибло спину мою легким холодком,

Спросил: Мадам, откуда я вас знаю?

Она ответила, мол я ей не знаком.

Присел я рядом, угостил ее шикарным

Французским марочным отборным коньячком

Глаза ее, улыбка, нежный голос,

Мне закружили душу бешеным волчком.

Недолго длилось красотою упоенье,

Мне на плечо легла тяжелая рука.

Я оглянулся и увидел толстопуза

В сопровождении какого-то быка.

Бык промычал про удовольствие и деньги,

Базарит, здесь любовь за деньги продают.

Мадам красивая подалась в проститутки,

И как мочалку, напрокат ее сдают.

Я пояснил им, что к мадам я всей душою,

И жигану платить за бабу западло,

Бык взял ее своею грязною рукою,

Толкнул меня в плечо, пархатое хамло.

Воткнул перо ему я в грудь до рукоятки,

Пузатый с визгом, сучка, бросился бежать,

Сверкнули шлюхи от стола на выход пятки,

Менты на шум сбежались, начали вязать.

Свобода кончилась весною на рассвете,

Мне до весны ее теперь далекой ждать.

Все началось с понтов дешевой проститутки,

Блядь — она блядь… Мне больше нечего сказать…

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.