Круг Михаил — Тридевятое царство

Старик прошамкал громко: «Ап!» — и Зеля испарился,

И вмиг за тридевять земель нежданно очутился.

В какой эпохе, строй какой?

У леса на опушке

Стоит изба с одной ногой,-

Все, как поведал Пушкин.

И Зеля крикнул с пьяных глаз,

Оземь ногой ударил:

«Вертись, изба, ко мне тотчас,-

Меня-то вы не ждали!»

А из избы в ответ слова,

Какие редко слышим…

Так, обстановка такова:

Там был Калиныч с Мишкой.

За встречу выпить бы не прочь,-

Нашли в сенях бадейку,

И пили-ели там всю ночь,

Калиныч дал идейку:

«Уж если тридевять земель

По правде существуют,-

Пойдем гостить к Кащею,Зель,

Недельку иль другую.»

«Не — он не пьющий,- не пойду —

Хотя и долгожитель,

Я вас к Кащею приведу —

А он нас — в вытрезвитель!»

И клялся собственной башкой —

О чем узнал из книжек —

Кощей жрёт с Бабою Ягой

Сопливеньких детишек.

Но тут на дом спустилась тьма,-

Яга упала с печки,-

И Зеля громко крикнул: «Ма!

Ягуся, добрый вечер!»

Он ей проделал реверанс,

Почтенно чмокнул ручку.

Яга смутилась, впала в транс,-

Слаба на эти штучки.

А бабка гнала самогон

И, бровь скосив, спросила:

«Кто вы такие — ты и он —

Что Мишку покосило?» —

«Ты что, Яга, с ума сошла?-

Мы ж нищие студенты!» —

«А я уж думала, что вы —

Кащея резиденты!

Шпионит он и хочет знать

Секрет мово прогона,

Чтоб самому со Змеем гнать

Сивуху с самогоном.»

Калиныч громко завопил:

«К Кащею едем в гости!»

И на метлу тотчас вскочил,

И прыгал, что есть злости.

«Прощай, бабуся, не взыщи»,-

Все трое улетели.

И вот уже товарищи

В кощейском подземелье.

Обшарив в поисках углы

«Вина нет!»- крикнул Мишка,

Да, пить здесь нечего, увы,-

Сребро да золотишко!

Сориентировшись в пространстве,

Подземелье обыскав

И поняв, что не будет пьянства,

Заглянули в старый шкаф.

Там нашли в пыли под банкой

Старый драный половик.

«Да это ж скатерть-самобранка!»-

Крикнул Зеля в тот же миг.

«Ну-ка, скатерть, сделай чудо!»-

И друзья навеселе

Словно в фильме Голливуда

Пьют порцуху — силь ву пле!

И уже в подвале стены

Расшатались… Стали петь…

Тут Кащей взглянул надменно,

Покраснел — и стал как медь.

Покраснеешь тут — ведомо ль,-

Расшалились, сорванцы!

Кладенцом его огромным

Режут взакусь огурцы.

Зеля с пьяных глаз об угол

Бил какое-то яйцо…

Черный стал Кащей, как уголь,

И закрыл свое лицо.

В лихорадке крикнул громко:

«В камень превратится тот,

Кто сломает мне иголку,-

Никогда не оживет!»

Но, видать, слова на ветер,-

Зеля пальцем поднажал,

Сам того и не заметил,

Как иголку ту сломал.

Колдовские злые чары —

Сдох Кащей — не применив…

Да просто Зеля был в угаре —

Пил калининский разлив!

Кащей подох — труху смели

И замком завладели,

И половик тот, что нашли,

В подарок дали Зеле.

Сего дерьма у них завал,

А золотого фонда —

Сказать — так выльется в скандал

Почище Джеймса Бонда.

Друзья решили поутру

Звать в гости для знакомства

Ягу, чертей, Кикимору,

Соседей с воеводства.

Тряслися с вечера врата

От стука вновь пришедших,

Царила в замке суета,

Всю ночь горели свечи.

Приперлись те, кто был не зван,-

Вся пьянь известных сказок,-

Иван-царевич, Кот-буян,

Петрушка — штамп под глазом.

Сыр на закуску — дефицит!-

Лиса, откуда сыр-то?

Тут врач-вредитель Айболит

Принес пол-литра спирта.

Вот все к столу присели там,

Ударили по кружкам,-

Сначала пили по сто грамм,

Но перешли к кадушкам.

Калиныч снял свой лапсердак,

Залез на стол в ботинках

И, раздавив свиной пятак,

Снял шапку-невидимку.

С кого он снял — никто не знал:

Те пьяные и эти,

Калиныч в шапке приставал

К русалкам в туалете.

И он невидимый бродил,

Щипал гостей сначала,

Но там кого-то кто-то бил,-

Калинычу попало.

Тут Зеля громко завопил:

«Хочу тотчас подарков!»-

И музы из последних сил

Забренькали на арфах.

Он начал смело выступать,

Русалку взял за жабры,

А на десерт велел подать

Курятину из Рябы.

Куда чего — не разобрать,

Тут Щуку изловили,

Нет — чтоб желанье загадать,-

На пиво засолили.

Вся живность сказочная там —

В заливке и в обжарке,

Танцует целый вечер нам

Из Шамахан татарка.

Потом за праздничным столом

Пари вдруг заключили —

Бадьи наполнили вином

И очень много пили:

С одной спортивной стороны —

Калиныч, Мишка, Зеля,

другой — Горыныч в глотки три,-

И пили, ели, пели.

Куда там Змею победить,-

Слаба его сноровка!

И Змей упал и кончил пить

Без должной тренировки,

А Зеля выпить все искал,

Обшарил все до метра,-

И вот принес в банкетный зал

Последние пол-литра.

Раскрыл бутылку, наклонил,-

В стаканы не полилось.

В сердцах ее об пол разбил,-

И тут все заискрилось:

Старик Хоттабыч в ней сидел:

«Спаситель мой, о Зеля!

Проси что хочешь — мой удел

Хвалить твое безделье!»

А Зеля сердится, ворчит:

«Старик, ты ж понимаешь,-

Нам выпить хочется, а ты

Бутылку занимаешь!

Так сделай милость — испарись,

Чтоб здесь тобой не пахло,

А нам бутылку подари —

Чтоб в ней не поиссякло!»

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.